Меню

Война токов с бенедиктом камбербэтчем

В прокат вышла «Война токов» – история об электрификации Америки

Дебютный сюжет студента Школы драмы Йельского университета Майкла Митника пережил удивительную жанровую трансформацию. Сначала это был мюзикл, который даже поставили в Йеле в 2008 г. Театр был маленький, бюджет спектакля смешной, на сцене под песню «Я верю» убивали током картонную лошадь.

Но дальше театральное дело не пошло: в Нью-Йорке мюзиклом не заинтересовались и Митник, закончивший к тому времени университет, переключился на другие проекты – пока его киноагент не посоветовал превратить заброшенную пьесу в сценарий фильма. Митник выкинул песни, зарылся в архивы и после 60 с лишним черновых вариантов выдал историческую драму, привлекшую внимание Тимура Бекмамбетова, который купил права на сценарий в 2012 г., собирался снимать сам, но потом решил остаться продюсером, а режиссером был приглашен американец Альфонсо Гомес-Рехон.

Другой известный продюсер, Харви Вайнштейн, в титрах не значится, но печальная судьба «Войны токов» связана с ним: скандал с обвинениями в сексуальных домогательствах разразился в разгар работы Вайнштейна над фильмом в октябре 2017 г.

До этого 9 сентября картину показали на фестивале в Торонто, в прокат она должна была выйти в ноябре того же 2017 года. Но после публикаций разоблачительных статей в The New York Times Вайнштейну стало не до Эдисона с Вестингаузом, и «Войну токов» продали компании Lantern Entertainment. Премьеру отодвинули, первоначальную версию взялся дорабатывать Мартин Скорсезе. В итоге фильм вышел на европейские экраны только в июле 2019 г., на американские – в октябре, а в декабре добрался наконец до России.

Постоянный

Главная зрительская приманка «Войны токов» – Бенедикт Камбербэтч в роли Томаса Эдисона, который вышел в фильме человеком не столько гениальным, сколько неприятным. Показать гениальность – вообще большая проблема, с дурным характером как-то проще, поэтому второе лучше запоминается, а в чем там было дело с точки зрения науки и техники, можно в учебнике по физике прочитать.

Математик выиграл войну в фильме «Игра в имитацию»

Герой Камбербэтча замкнут, высокомерен и груб даже с теми, у кого просит деньги, на остальных ему просто плевать – за исключением жены (Таппенс Миддлтон), которая озаряет экран ненадолго, отходя в лучший мир еще до середины фильма, и детей, про которых понятно только то, что их зовут Точка и Тире, а достучаться (в буквальном смысле) до отца им помогает азбука Морзе.

Тем не менее сценаристу удается донести до публики техническую и этическую суть конфликта: Эдисон настаивал на использовании постоянного тока, потому что он безопасен. «Единственное изобретение, за которое я никогда не возьмусь, – то, что способно лишить человека жизни», – заявляет он в начале фильма президенту США, который пытается склонить гения к разработке оружия. Разумеется, в финале зритель должен сполна оценить иронию судьбы.

Переменный

Симпатия авторов очевидно на стороне промышленника-инноватора Джорджа Вестингауза (Майкл Шеннон) – флегматичной каланчи с усами и бакенбардами, джентльмена не столь щедро одаренного, но умного, прагматичного и глубоко порядочного. Инженер Фрэнклин Поуп (Стэнли Таунсенд) помогает ему в создании системы, использующей переменный ток, – это позволит передавать электричество далеко и дешево. Вестингауз не хочет ни с кем воевать и даже приглашает Эдисона в гости, чтобы обсудить возможность сотрудничества. Но Эдисон видит в нем лишь конкурента, которого нужно уничтожить любыми средствами.

В сущности, Шеннону тут даже не надо ничего играть – достаточно шевелить бакенбардами, изображая человека, который сидит у реки и ждет, когда мимо проплывет труп его врага. Потому что грязные действия Эдисона вредят главным образом ему самому. Переменный ток, об опасности которого изобретатель твердит журналистам, как назло, никого не убивает, приходится устраивать демонстрацию, подключив электроды к лошадиной морде. Среди впечатленных зрителей оказывается штатный гуманист при системе исполнения наказаний, который отводит Эдисона в сторону и говорит, что хорошо бы использовать такой замечательный ток вместо виселицы. Изобретатель возмущенно отказывается, но про иронию судьбы мы уже вспоминали.

Мерцающий

Ирония, однако, и в том, что проигравший в «войне токов» Эдисон остался в истории, а победитель Вестингауз звездой не стал. Поспорить с Эдисоном в популярности мог бы третий важнейший участник этого сюжета – Никола Тесла, еще один эксцентричный гений и настоящий супергерой в мире изобретателей. Но его роль в фильме настолько скромна, что кажется, половина ее потерялась при монтаже. В начале картины его обижает Эдисон, в середине – инвесторы, в конце он заключает счастливый союз с Вестингаузом, но единственное, что успевает запомнить зритель, – это боязнь Теслы (Николас Холт) снимать перчатки и здороваться за руку.

Еще досадней другая монтажная потеря – в «Войне токов» очень неровный ритм, некоторые сцены выглядят смысловыми повторами, из-за чего фильм кажется гораздо длиннее, чем на самом деле. В общем, мюзикл с картонной лошадью наверняка был веселей.

Источник

Да будет свет! Обзор фильма «Война токов»

9 сентября 2017 года на кинофестивале в Торонто состоялась премьера фильма «Война Токов» — историко-биографической драмы о противостоянии трёх гениев электроэнергетики: Томаса Эдисона, Джорджа Вестингауза и Николы Теслы.

Мировая премьера фильма была назначена на декабрь 2017 года, однако, Харви Вайнштейн, продюсер картины, оказался в центре скандала, и фильм перенесли.

По первым отзывам после показа в Торонто фильм был, мягко говоря, не очень — на агрегаторе Rotten Tomatoes процент «свежести» фильма на основе оценок критиков не превысил и 29%, а пользовательских рецензий, в силу отсутствия широкого проката, лента и вовсе не получила.

За прошедшие два года к составу продюсеров фильма (в который, кстати, входит Тимур Бекмамбетов) успел присоединиться Мартин Скорсезе, под руководством которого лента была доработана до так называемой «режиссёрской версии», премьера которой и состоялась 5 декабря 2019 года.

Читайте также:  Для чего нужен конденсатор в электрической цепи постоянного тока

Итак, фильм повествует о начале «Войны токов» — противостоянии переменного и постоянного токов и соперничестве трёх гениев начала двадцатого века: Томаса Эдисона, Николы Теслы и Джорджа Вестингауза за право электрифицировать сначала Америку, а затем и весь мир.

Действие фильма начинается в 80-х годах XIX века. Гениальный изобретатель Томас Эдисон одержим идеей электрификации США. Начав с одного района Нью-Йорка, Эдисон хочет «осветить» всю страну. Ради достижения своей цели он готов пойти на всё. Так, на аудиенции с президентом США, посвящённой патефону (ещё одному созданию инженерного гения Эдисона), изобретатель начинает продвигать идею электрификации Америки.

Столь грандиозные планы уже известного по всей стране изобретателя не могли остаться без огласки. О них узнал и видный предприниматель и инженер Джорд Вестингауз. Он находит существенный недостаток в проекте Эдисона — использование цепей постоянного тока с низким напряжением, из-за чего электричество не может распространяться на больших расстояниях. Вестингауз же предлагает передавать электроэнергию с минимальными потерями, используя переменный ток.

От сотрудничества со сторонником использования переменного тока, евангелист постоянного тока, Эдисон, отказывается. Более того, он решает сыграть грязно и в одном из интервью журналистам, как бы невзначай, упоминает, что переменный ток Вестингауза может убить.

Однако, Вестингауз не единственный, кто терпит выходки Эдисона. Некогда принятый им на службу талантливейший сербский эмигрант Никола Тесла, которого на родине считали под стать Эдисону, также встретился с непростым характером приверженца постоянного тока.

Первые стычки начались между ними, когда Тесла предложил Эдисону использовать для выработки электроэнергии генератор переменного тока. Напряжение между изобретателями нарастало. Но настоящий разрыв между гениями произошёл, когда Эдисон не выплатил Тесле обещанные $50 000 за доработку созданных самим Эдисоном устройств, заявив, что иммигрант плохо понимает американский юмор. Тесла ушёл из компании Эдисона и основал собственное предприятие «Tesla Electric Company».

Ведомые обидой и духом соперничества конкуренты Эдисона начинают бороться с самоуверенным сторонником постоянного тока за исключительное право электрифицировать Америку. Начинается «Война Токов».

Сюжет развивается последовательно и логично, несмотря на большие скачки во времени. Фильм, я напомню, рассказывает о событиях, произошедших в течение тринадцати с небольшим лет.

Однако сказать, что лента превращается в простой пересказ событий с указанием дат без контекста — ошибка. За чуть более чем полутора часа хронометража фильм успевает рассказать не только историю электрификации Америки, но и о людях, её проводивших, затрагивая и раскрывая при этом самые разные темы: от совсем уж общих тем любви, дружбы и измены своим принципам ради достижения цели до локальных сюжетов, вроде зависимости гениальных изобретателей от простых дельцов в начале XX века.

Более того, освещая настолько значимый период истории, создатели фильма сумели возродить атмосферу тех лет и обеспечить погружение зрителя в неё: бесконечные поездки героев на поездах между штатами; боязнь того, что в какой-то момент потухнет огонь; люди, рассказывающие о том, что у них дома на газу; репортёры различных изданий, зарисовывающие интервьюируемых; аутентичные костюмы.

С исторической достоверностью у фильма тоже всё в полном порядке. Как с точки зрения истории главных героев, так и с точки зрения персонажей, судьба которых связана с описываемыми личностями и их изобретениями. Так, например, в фильме нам рассказывают историю Уильяма Кеммлера — первого человека, казнённого на электрическом стуле. Устройстве, которого бы просто не появилось, если бы Эдисон не пытался доказать, что переменный ток Вестингауза опасен.

Характеры и внешний вид главных героев также полностью соответствуют их историческому описанию — они воссозданы на высшем уровне, конечно же, не в последнюю очередь благодаря актёрам, их играющих.

Бенедикт Камбербэтч отлично исполняет роль Томаса Эдисона — знаменитого американского предпринимателя, создателя фонографа (прародителя граммофона и патефона), кинетографа, усовершенствовав когда-то который братья Люмьер создали знаменитый «Синематограф». Самоуверенного дельца, гениального изобретателя, любящего мужа и отца, разрывающегося между работой и домом.

Майкл Шеннон превосходно вживается в роль Джорджа Вестингауза — известного американского промышленника, который в отличии от Эдисона был намного больше заинтересован в получении прибыли, но при этом почти также как и Эдисон был заинтересован и самими технологиями, приносящими эту прибыль.

Николас Холт неплохо справляется с ролью Николы Теслы — гениального сербского иммигранта, порой не имевшего возможности даже выкупить собственные патенты из покидаемой им компании; инженера и изобретателя, некогда недооцененного Томасом Эдисоном и высокого ценившегося Джорджем Вестингаузом.

Не отстают от исполнителей главных ролей и другие актёры. Том Холланд отлично исполняет роль секретаря мистера Эдисона — этакого мальчика на побегушках. Именно его герой умеет и может сказать Эдисону не слишком приятные, но важные вещи, представив этакий взгляд со стороны на действия Томаса.

А Таппенс Мидлтон и Кэтрин Уотерс превосходно играют спутниц Томаса Эдисона и Джорджа Вестингауза — Мари Эдисон и Маргарет Вестингауз, которые поддерживают главных героев и, зачастую, являются катализаторами многих их действий.

Стоит сказать, что фильм не пытается показать кого-то из участников событий с лучшей, а кого-то с худшей стороны. Лента скорее занимает нейтральную позицию по отношению к героям.

Успешный изобретатель, кумир детей и взрослых Томас Эдисон — жестокий и самоуверенный делец. Заботящийся о людях, друг и товарищ по жизни Джорд Вестингауз готов поступиться всеми своими принципами ради достижения своей цели, была бы только возможность. Никола Тесла, безусловно, гений, но должен был порой жить в долг — жизнь его не была «безоблачной».

Такое объективное освещение героев — одно из главных достоинств ленты как историко-биографической драмы.

Ещё одним несомненным достоинством фильма является операторская работа. Чон Джон-Хун радует очень интересными приёмами. Фильм наполнен ровными, выверенными до градуса панорамами, снятыми под углом сценами внутри помещений, съёмками от первого лица во время диалогов персонажей и интересными пролётами камеры внутри и снаружи помещений. Однако, должен предупредить, что смешение таких стилей съёмки может понравиться далеко не всем.

Читайте также:  Почему при зарядке аккумулятора не падает ток заряда до нуля

Не всем может понравиться и саундтрек, хотя, как мне кажется, он получился неплохим. Некоторым людям может не понравиться и отсутствие юмора в фильме. Хотя это историко-биографическая драма и, по моему мнению, его здесь быть и не должно.

Но если вы пришли в кино не посмеяться, а увидеть действительно интересную драму с талантливыми актёрами, с интересными операторскими приёмами, с сюжетом, который, возможно, даже расскажет вам что-то новое из истории человечества, то новый фильм Альфонсо Гомеса-Рехона определённо для вас.

Источник



«Война токов» с Бенедиктом Камбербэтчем — последний проект Вайнштейна, который спас Мартин Скорсезе. Рассказываем, стоило ли оно того

Война токов

  • кино
  • мартин скорсезе
  • бенедикт камбербэтч
  • секс-скандал

Двадцать лет назад, когда Харрисону Форду выпала честь вручить «Оскар» за лучший фильм 1998-го года, мало кто сомневался, что на сцену поднимется его старый друг Стивен Спилберг. Автор «Спасения рядового Райана» числился фаворитом наградной гонки на протяжении всего сезона. На его стороне были огромные по тем временам сборы (полмиллиарда долларов), премии в Америке и за рубежом, восторги критиков, мощь актерского ансамбля во главе с Томом Хэнксом и сама тема — триумф человечности на страшнейшей войне. Кто-то из академиков даже анонимно пошутил в комментарии для Variety: «Давайте отправим «Оскар» Стивену через FedEx и не будем тратиться на банкет». Но в конверте, открытом Харрисоном Фордом, была бумажка со словами «Влюбленный Шекспир». И единственным человеком в зале, который готовился к такому исходу, кажется, оказался Харви Вайнштейн — продюсер этой маленькой и страстной британской картины.

Команда Getty Images

Фильм «Война токов» — последний законченный продюсерский проект Вайнштейна — должен был проделать тот же путь. В ролях — уже намертво закрепленные на небосводе и только-только восходящие звезды: Бенедикт Камбербэтч и Майкл Шэннон, Николас Холт и Том Холланд, сиявшая в «Фантастических тварях» и «Завете» Кэтрин Уотерстон и Мэттью Макфейден с красным носом и бакенбардами, отчего-то похожий на Никиту Михалкова. В основе — сценарий из столь любимого академиками « черного листа ». И не просто «основанная на реальных событиях» драма, а адаптация важнейшей для кинематографа истории — «войны токов» между Томасом Эдисоном, Джорджем Вестингаузом и Николой Теслой, в результате которой в Америке и во всем мире не только зажегся электрический свет, но и появился один из первых кинескопов. Фильм восхваляет историю кино не меньше, чем «Артист», «Бердмен», «Ла-Ла Ленд», «Форма воды» и «Операция «Арго». Но и без оды Голливуду это был вполне «оскароносный» материал: драма об изобретателях и прогрессе, о современных Прометеях и об античных героях, об одиночестве и семье, а главное — о предпринимательской этике, лежащей в основе всех американских успехов. Да еще и с «Социальной сетью» и «Гражданином Кейном» в качестве путеводных звезд. И с режиссером из Техаса, но с мексиканскими корнями и «санденсовской» биографией — скромным, но дисциплинированным и усердным фантазером Альфонсо Гомесом-Рехоном.

Everett Collection/Legion Media

Но в сентябрьском Торонто-2017 фильм встретили с прохладой, а в октябре он и вовсе пал жертвой заморозков. Вайнштейн в одночасье стал персоной нон-грата. Камбербэтч выступил с заявлением, осуждающим продюсера. Библиотека компании The Weinstein Company, которой принадлежали права на прокат ленты, ушла с молотка. А мутный правопреемник — дистрибьютор Lantern Entertainment — решил подождать с премьерой до лучших времен.

На помощь проекту пришел его исполнительный продюсер и наставник режиссера Мартин Скорсезе. В его контракте было указано право на финальный монтаж , которым он и поделился с Гомесом-Рехоном. В итоге фильму удалось символически порвать с наследием Вайнштейна. Неудачную версию, которую показали в Торонто, теперь принято ассоциировать с Вайнштейном, который так любил лезть в монтажную комнату, что получил в Голливуде прозвище «Харви Руки-ножницы». А новая версия, собранная и доснятая Гомесом-Рехоном, выглядит гораздо динамичнее и современнее — и каждый ее кадр буквально кричит о независимости автора от тирана. В сборке Вайнштейна Эдисон произносил фразу «Я всегда получаю больше, когда говорю «Нет». В сборке Гомеса-Рехона можно услышать слова «Time’s up, довольно страха».

Everett Collection/Legion Media

Тимур Бекмамбетов — основной продюсер фильма, который в свое время и заметил и купил сценарий Майкла Митника, — на премьере в Москве сказал, что Камбербэтч в этом фильме играет, по сути, Харви Вайнштейна — страстного, одержимого своей миссией, но при этом жестокого и беспринципного новатора. Благородный семьянин Вестингауз и его преданная жена Маргарет Эрскин на фоне этого хищного Ахиллеса начинают казаться чуть ли не обреченными на поражение Гектором и Андромахой. Исторический сюжет о схватке пассионарных предпринимателей благодаря этому контексту обретает очертания и античной трагедии, и современной драмы про хищников вроде Вайнштейна. А фильм, как и всегда у Тимура Бекмамбетова, оказывается танцем света и тьмы. И электрический ток подходит для иллюстрации этой борьбы ничуть не хуже, чем магия «Ночного дозора» или битва рассвета и сумерек в «Аврааме Линкольне: Охотнике на вампиров». Свет и тьма, кстати, были постоянными героями и в бекмамбетовском «Пешаварском вальсе» (там герои-афганцы с боями пробивались из пещер к солнцу), и в «Бен-Гуре» (персонажу которого предстояло сделать выбор между мщением и прощением), и даже в «Елках», любивших раскрасить космическую российскую ночь яркими новогодними огнями.

Everett Collection/Legion Media

Но лучшее, что произошло с «Войной токов» за эти два года — это освобождение от «оскаровских» амбиций. Скучную инструментальную музыку в новой сборке фильма заменило остросюжетное техно на саундтреке. Дуэль Вестингауза и Эдисона превратилась в предпринимательский триллер, герои которого видят страну как одну большую карту из «Монополии» и распоряжаются живыми людьми — юристами, журналистами, даже собственными семьями — как фишками на столе. По накалу страстей этот фильм гораздо ближе к «Социальной сети», чем к принесшим Вайнштейну славу «Шоколаду», «Английскому пациенту» и «Влюбленному Шекспиру». А костюмную драму в нем можно и не разглядеть из-за того, что все внимание в кадре приковывают к себе не парики, а промышленный дизайн. «Война токов» без устали празднует чудесную способность кинематографа запечатлевать жизнь. Вот черно-белые фотокарточки Эдварда Мейбриджа — человека, который придумал ставить несколько камер в ряд, чтобы создать «движущиеся картинки». Вот Эдисон, потерявший жену, придумывает устройство для записи звука, чтобы снова и снова слышать голос любимой. А вот финальные титры напоминают, что именно в «войне токов» родился кинематограф.

Читайте также:  Как понизить напряжение переменного тока резистором

Everett Collection/Legion Media

Но одно и то же изобретение — переменный ток — оказывается пригодным и для того, чтобы освещать Всемирную ярмарку в Чикаго, и для того, чтобы убивать людей на электрическом стуле. Лучших, чем Вайнштейн и Бекмамбетов, продюсеров для истории о том, что любая технология и любое искусство не только ведут к свету, но и отбрасывают тень, и не представить. В этом невеликом, но и нескучном фильме есть какая-то магия; он должен был получиться (и не получиться) именно таким, какой он есть. И к этой его магии обязательно стоит прикоснуться.

Источник

Бенедикт Камбербэтч в фильме «Война токов»

В прокат выходит «Война токов» Альфонсо Гомеса-Рехона — фильм о борьбе Томаса Эдисона и Джорджа Вестингауза за то, какой вид электрического тока будет использоваться в США. В этом противостоянии победил Вестингауз, а вот так ли уж выиграли зрители от того, что картина после долгих проволочек все-таки вышла на экраны, Юлия Шагельман сомневается.

Действие фильма охватывает время с 1880 по 1893 год, но на самом деле «война токов» продолжалась век с лишним: лишь в 2007 году в Нью-Йорке был символически перерезан последний работающий кабель постоянного тока и город окончательно перешел на переменный. История производства и выпуска в прокат картины оказалась чуть покороче, но тоже длинной и сложной.

Работа над сценарием заняла у его автора Майкла Митника более десяти лет, причем изначально он сочинял мюзикл. Пожалуй, даже обидно, что в фильм в итоге не вошла песня, в которой, по словам Митника, «Эдисон пытается запугать толпу, чтобы люди выбрали его электричество, убивая током лошадь при помощи генератора Вестингауза», и вообще никто не поет. В 2011 году текст, уже без музыкальных номеров, попал в знаменитый черный список лучших неснятых сценариев, где его и нашел Тимур Бекмамбетов, который впоследствии стал продюсером картины, а режиссером был выбран Альберто Гомес-Рехон. Кроме того, продюсировать «Войну токов» взялась The Weinstein Company, а значит, пошли разговоры о грядущих «Оскарах», в получении которых недоброй памяти Харви Вайнштейн был большим специалистом. Фильм так торопились доделать к наградному сезону 2017 года, что на кинофестивале в Торонто критикам и зрителям предъявили незаконченный вариант. Разгромные отзывы похоронили оскаровские амбиции картины, потом компания Вайнштейна обанкротилась, и лента легла на полку. И вот два года спустя после того, как был улажен вопрос с правами, а Гомес-Рехон перемонтировал фильм, он наконец дошел до кинотеатров.

1880 год. Знаменитый изобретатель Томас Алва Эдисон (Бенедикт Камбербэтч) представляет инвесторам свою новейшую разработку — электрическую лампочку, а также обещает осветить города и веси Америки с помощью своей системы постоянного тока. Джордж Вестингауз (Майкл Шеннон), промышленник и тоже инноватор (он, например, придумал тормоза для поездов), поначалу вовсе не собирается с Эдисоном конкурировать, напротив, хочет предложить ему сотрудничество, но тот отчего-то ему хамит на ровном месте. Тогда Вестингауз решает дать сдачи, но другим способом: он патентует систему переменного тока и предлагает ее мэриям и предприятиям по всей стране вместо эдисоновской. Она удобнее, дешевле, за ней будущее, и это постепенно становится понятно всем. Кроме Эдисона.

Ничем, кроме дурного характера, это объяснить невозможно, но авторы картины не особо и пытаются. Весь труд они перекладывают на плечи Камбербэтча, который старательно изображает перепады настроения своего героя, брызжет слюной на сотрудников и выразительно страдает по безвременно умершей жене (Таппенс Мидлтон), чтобы показать, что Эдисон тоже человек. Параллельно он строит козни Вестингаузу, пытаясь убедить почтеннейшую публику, что переменный ток убивает людей. Как назло, переменный ток никого не убивает, поэтому Эдисону приходится самому показательно умерщвлять кошек, собак, свиней и лошадей (по счастью, за кадром), а также приложить руку к изобретению электрического стула, вопреки своим принципам не делать никаких устройств, способных кого-то лишить жизни.

По контрасту Вестингауз выглядит человеком спокойным, взвешенным и отменно скучным, тем более что никаких отличительных черт, кроме усов и бакенбардов, ему не придумали, а Шеннон явно не очень комфортно себя ощущает в редкой для него положительной роли. Третий участник противостояния — Никола Тесла (Николас Холт), чья задача — носить экстравагантные костюмы (это получается отлично) и быть гениальнее всех остальных, вместе взятых (а вот это уже не очень).

Персонажи вышли настолько неравнозначными, что никакой «войны» между ними в итоге не получается, а итоговый результат похож на красиво проиллюстрированную и при этом значительно сокращенную статью в «Википедии» с парой экскурсов в электрофизику. Но даже красивая картинка (оператор Чон Джон Хун) и модный электронный саундтрек не могут скрыть того факта, что в этой истории про электрические токи отчаянно не хватает напряжения.

Источник